Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

свеча

Александр Красногородцев. Записки Добровольца. Ч. 3.

Оригинал взят у elena_sem в Александр Красногородцев. Записки Добровольца. Ч. 3.

Выпрыгиваем из машины и сбегаем с асфальта вниз по насыпи, дальше движемся под ее прикрытием, впереди зеленка. Тогда, я помню, поддался минутной слабости и пожалел, что вместо занятий спортом я пил и курил: в принятии этой мысли не последнюю роль сыграло 25-30 кг снаряжения, нагруженного на мне, второго номера у меня не было, и гранаты я тоже нес сам. Ползем зеленкой, в метрах трехстах БТР, и идет бой. Тогда в первый раз стало страшно: ладно пара мин упавших в 500 метрах и отдаленные очереди, тут уже серьезней. Но до боя для нашей группы не дошло, БТР уехал с позиций, и мы вернулись обратно. Грузимся обратно в «Ниву» толпой человек пятнадцать. Подбежал одним из последних: за спиной автомат, в руках гранатомет и выстрелы к нему. Нива уже забита людьми, бойцы висят даже снаружи: ноги на краю салона, а тело на улице одной рукой держится за дверь другой за ручку на потолке салона, или еще за не знаю что. Я растеряно обвожу все это глазами и вдруг… Машина начинает отъезжать. Я, кажется, даже не крикнул, так опешил от происходящего. К счастью ребята, сидевшие в багажнике, меня увидели и крикнули: «Эй!! Стой, гранатометчика забыли!!!». Машина остановилась, и я не долго думая заскочил вторым слоем на колени сидевших на задних сидениях. Поехали!

Collapse )

свеча

Русский Обще-Воинский Союз в боях за Новороссию (1)

Оригинал взят у elena_sem в Русский Обще-Воинский Союз в боях за Новороссию (1)

«Мы исполнили то, что считаем делом своей офицерской чести и долга перед русским народом» - Русский Обще-Воинский Союз в боях за Новороссию

Collapse )

Русский Обще-Воинский Союз в боях за Новороссию (2)
Русский Обще-Воинский Союз в боях за Новороссию (3)

свеча

«Мне больше страшно за Родину, чем умереть…» - юные герои Новороссии

Оригинал взят у elena_sem в «Мне больше страшно за Родину, чем умереть…» - юные герои Новороссии

Сыновья генерала Раевского в битве при Салтановке, кадеты и юнкера в сражениях Гражданской войны, «молодая гвардия» Великой Отечественной… Во все тяжелейшие периоды нашей истории поднимались на защиту Родины «русские мальчики».

Мальчик кудрявый смеется лукаво.

Смуглому мальчику весело.

Что наконец-то на грудь ему слава

Беленький крестик повесила.

Бой отгремел. На груди донесенье

Штабу дивизии. Гордыми лирами

Строки звенят: бронепоезд в сражении

Синими взят кирасирами.

(Иван Савин)

Пожалуй, во всей истории не сыщется подвига более высокого, более чистого и прекрасного, нежели подвиг детей, идущих на смерть во имя Родной Земли, встающих перед многократно сильнейшим врагом и тем стоянием укоряющих тех старших товарищей, что предпочли отсидеться в тылу. Так было без малого сто лет назад, когда совсем рядом от мест нынешних сражений, а подчас и там же сражались с красными бандами кадеты и гимназисты из отряда есаула Чернецова, на призыв которого позорно не откликнулось большинство офицеров. Когда уходили эти раньше срока повзрослевшие мальчики в снежную мглу Ледяного Похода… И над могилой нескольких из них горько вздыхал старик-генерал Алексеев: «Орлята встали на защиту родного дома. Но где же были орлы?»

Сегодня поднявшиеся на защиту Донбасса орлята с таким же негодованием относятся к тем старшим, что покинули родные края, бежали, спасая свою жизнь. «Мне очень стыдно и больно смотреть на тех мужчин, которые уехали в Россию как беженцы, - говорит 16-летний ополченец Ярослав Воскоенко. - Я не могу назвать их мужчинами»; «Только когда я получил оружие, тогда осознал, что я теперь защитник и должен оправдать доверие тех, кто меня приняли. Ведь несовершеннолетних редко брали в ополчение, хотя я знаю многих ребят, которые хотели и хотят защитить свою родную землю, раз уж этого не могут сделать некоторые взрослые которые под видом беженцев позорно бежали в Россию».

http://img1.liveinternet.ru/images/attach/c/3/122/383/122383873_RRSRyoS_RRRR.jpg
Collapse )
свеча

Наша новая рубрика. Альбом Русской Славы. 1. Ольга Кабанова

Оригинал взят у elena_sem в Наша новая рубрика. Альбом Русской Славы. 1. Ольга Кабанова

Кто не слышал о знаменитой “кавалерист-девице” Надежде Дуровой, прославившейся в войнах с наполеоновской Францией под именем Александра Александрова! А ведь подвиг Н.А. Дуровой вовсе не был исключением в истории Русской Императорской Армии: во время Великой и Гражданской войн в России нашлось немало героинь, последовавших ее примеру. Вот рассказ об одной из них.

Collapse )
свеча

Слово А. И. Солженицына к 50-летию Победы (+ ВИДЕО)

Оригинал взят у elena_sem в Слово А. И. Солженицына к 50-летию Победы (+ ВИДЕО)
http://www.prostokniga.com.ua/var/corporate_site/storage/images/media/images/prostokniga_com_ua/fotogalerei/10_samyh_znamenityh_borodachey_v_literature/aleksandr_solzhenitsyn/589743-1-rus-RU/aleksandr_solzhenitsyn.jpg
Слово А. И. Солженицына к 50-летию Победы

...Армия наша разорена, расстроена, это не секрет, и вместе с тем она осмеяна, покрыта презрением, даже заплевана какой-то частью общественности и прессы. Это делается в каком безумии? Это делается в расчёте на какое будущее? А ну, придут оккупанты? А почему бы им не прийти, если у нас не будет армии? Отчего бы не прийти? Сегодня мы говорим... мы слышим голоса: " не дадим сыновей в армию!" Да, в нашу не дадите, но когда придёт оккупационная — то ещё как, безропотно, без демонстраций, дадите — прислужниками, лакеями. В 39-м году Сталин, порвав переговоры с англо-французской военной делегацией и уже намечая переговоры с Гитлером, сказал: "СССР никогда не будет батраком для Запада". История посмеялась. О, ещё каким батраком мы были! А кто же спас Запад? Кто спас Запад и совершенно гибнущую Англию, если не мы? А сегодня мы слышим на Западе голоса, и насмешки, и подсчёты, и исследования, чтобы уменьшить наш вклад, уменьшить нашу роль, и даже вообще говорят: без Советского Союза могли бы справиться. Посмотрел бы я, как бы они без нас справились!

Сегодня, к сожалению, многие силы на Западе радуются  развалу нашему. Препятствуют возобновлению контактов между республиками, растравляют этот раскол, способствуют тому, чтобы мы послабели, а, может, и дальше бы раскололись. А может, пришли бы в полный упадок, чтобы не значили ничего на мировой карте. Есть такие "бывшие". Бывший Киссинджер, бывший Бжезинский. Каждый раз эти бывшие выступают с огромным авторитетом в Соединённых Штатах и всё время клонят к тому, как подорвать Россию, как сделать её слабей. Это потому, что они в безумии, и в близорукости не представляют, что ждёт в XXI веке Европу и Америку. Им ещё жарко будет в XXI веке, и даже в первой четверти его. И им ещё понадобится союз с Россией, но сегодня они близоруко не думают об этом.

Кто проиграл в этой войне? Кажется, Германия? Но почему же мы сегодня слышим слова, вот на днях, слова германского министра иностранных дел, который указывает нам, как должна развиваться Калининградская область — отдельно от России, подобно Прибалтике.

Недавно наша Церковь постановила, что отныне и навеки день Девятого мая будет день Скорби, день Памяти погибших за веру и отечество. Как это правильно, и как это наконец нужно! Ибо во всех странах такие дни есть, и все страны давно это отмечают торжественно-траурно. Только мы всё советское время не думали о наших погибших, как и о пленных. Умерли — и ладно.

Сегодня мы знаем: да, это день Победы, но он же и день великой Скорби. Ибо сверх того, что мы сохранили государство, сохранили нашу нацию от уничтожения, мы потом ничего не получили, кроме колхозного рабства. Мы потеряли так много людей, понесли такие жертвы. Мы сегодня склоняем голову перед погибшими, перед ещё живыми вдовами, перед доживающими ветеранами, перед памятью всех их.

Collapse )
свеча

А.Л. Марков. В Ингушском конном полку

Оригинал взят у elena_sem в А.Л. Марков. В Ингушском конном полку
http://maxima-library.org/covers/261949_0.jpeg

Кавказская туземная конная дивизия в рядах Российской императорской армии являлась одной из самых красочных боевых частей, принимавших участие в Первой мировой войне. С началом борьбы против большевизма офицеры и всадники дивизии приняли участие в рядах белых армий, и своей кровью запечатлели верность и преданность российским государственным идеям. Так как годы летят неудержимо, и в настоящее время большинство «туземцев» уже перешло в лучший мир, то я взял на себя смелость собрать и редактировать записки и воспоминания участников Первой мировой и Гражданской войн в рядах туземных конных полков, дабы оставить на страницах русской военной печати для потомства страницы бессмертных подвигов Кавказской туземной дивизии во главе с её августейшим командиром. Быть может, сборник этих воспоминаний послужит в будущем материалом для истории Кавказской туземной дивизии, которую напишут люди, более меня знавшие и компетентные в военном деле. Всем же соратникам моим по Туземной дивизии, которые прочтут эти воспоминания, я шлю мой братский привет и просьбу прислать, со своей стороны, их воспоминания о службе в дивизии.

Опубликовано в Литературно-общественный журнал "Голос Эпохи", выпуск 3, 2014 г.
свеча

Елена Семёнова. ФАТАЛИСТ (Лавр Георгиевич Корнилов)

Оригинал взят у elena_sem в Елена Семёнова. ФАТАЛИСТ (Лавр Георгиевич Корнилов)
Лавр Гео́ргиевич Корни́лов (18 (30) августа 1870, станица Каркаралинск, Каркаралинский уезд, Семипалатинская область, Российская империя — 31 марта (13 апреля) 1918, Екатеринодар, Кубанская область, Россия) — русский военачальник, генерал от инфантерии. Военный разведчик, дипломат и путешественник-исследователь. Герой русско-японской и Первой мировой войн. Верховный Главнокомандующий Русской армии (август 1917 года). Участник Гражданской войны, один из организаторов и Главнокомандующий Добровольческой армии, вождь Белого движения на Юге России, первопоходник.
геноцид

Запоздалый некролог. Верный солдат Отечества. Не стало Валентина Ивановича Старикова

свеча

ПУБЛИЦИСТИКА. ЕЛЕНА СЕМЁНОВА. П.Н. ВРАНГЕЛЬ. БЕЛЫЙ РЫЦАРЬ (4)

8

Оставленная всем миром обескровленная армия,
боровшаяся не только за наше русское дело, но и за дело
всего мира, оставляет родную землю. Мы идём на чужбину,
идём не как нищие с протянутой рукой, а с высоко поднятой головой,
в сознании выполненного до конца долга. Мы вправе требовать
помощи от тех, за общее дело которых мы принесли
столько жертв, от тех, кто своей свободой и самой жизнью
обязан этим жертвам.
П.Н. Врангель

Прощай, Родина! Теперь беженцами скитаемся мы по чужбине.
Серо, однообразно, бесполезно тянутся день за днями.
Глядим на гибель Родины, с горестью смотрим,
как зарубежная Русь грызётся между собою,
не для блага России, а за будущую, белее чем гадательную власть.
(…)
В активе общественные силы – все те же, увы,
знакомые лица, алчущие сыграть роль, на которую они
не способны.
(…)
А тем не менее – вопреки очевидности,
вопреки здравому смыслу – верую…
Россия будет!
Н.Е. Врангель

Эвакуированная Русская Армия первоначально была размещена на трёх островах у побережья Турции: Лемнос, Чаталдже, Галлиполи… На северо-востоке абсолютно пустынного полуострова Галлиполи оказались 26596 военнослужащих со своими семьями. Голое поле под открытым небом – вот, что предстало их взору. О жизни русских беженцев на Галлиполи пишет Алексей Петрович Врангель: «Французы предоставили палатки, но не дали ни транспорта, ни инструментов – их заменили мускулы и изобретательность. Жильё напоминало стоянку каменного века: спали на голой земле, топили хворостом и принесёнными водой сучьями. Жили в темноте: французы не дали керосина.
Из пустой консервной банки, фитиля и растопленного жира от консервов получалось нечто вроде древнеримского светильника. Те же консервные банки использовались в качестве посуды и для приготовления пищи. Мебели, разумеется, не было, тюфяки заменяли водоросли и ветки, стульями служили ящики, в которых доставлялись консервы. Рациона, установленного французами, хватало лишь, чтобы не умереть с голоду: 500 граммов хлеба, немного консервов – ни овощей, ни мяса. Чтобы предотвратить голод, командование корпуса из своих скудных ресурсов купило муку и открыло несколько пекарен. (…)
Военные инженеры проявляли чудеса изобретательности. У них не было ни инструментов, ни материалов. Русская сметка, предприимчивость и воля помогли справиться с этими трудностями. (…) Перечень того, что они сделали, читается как сказка. Восстановлены разрушенные дома, проведена железная дорога от лагеря до города, и по ней доставлялось продовольствие. Построены и оборудованы бани, кухни, пекарни, больницы. Сооружена пристань для разгрузки помощи, восстановлен римский акведук, по которому вода поступала в город. (…)
Галлиполи превратился в большую школу. Для не имевших начального образования были организованы курсы. Офицеры изучали тактику и стратегию. Издавалась газета, появился даже театр, где шли спектакли. (…) …В палатке соорудили церковь с самодельными иконами и алтарём, при изготовлении которых использовались всё те же консервные банки. Был организован прекрасный церковный хор…»
Врангель в это время жил на яхте российского посольства «Лукулл». На ней он объезжал войска, встречавшие его восторженно. На острове Лемнос казаки, размещавшиеся там, после парада побежали за автомобилем главкома, а потом понесли его на руках…
После парада на Галлиполи, где генерал Кутепов делал всё, чтобы сохранить армию, один из военных атташе заметил: «Нам говорили, что здесь толпа беженцев, а мы увидели армию».
Но армии союзники видеть не желали и требовали её расформирования и сдачи оружия. Врангель отвечал категорическим отказом, считая армию залогом будущего России. В одном из последних приказов, изданных ещё в Севастополе, Главнокомандующий писал: «Верю, что настанет время, и Русская армия, сильная духом своих офицеров и солдат, возрастая, как снежный ком, покатится по родной земле, освобождая её от извергов, не знающих Бога и Отечества.
Будущая Россия будет создана армией и флотом, одухотворёнными одной мыслью: «Родина – это всё».
Надо сказать, что французы, оказавшие довольно значительную помощь русским беженцам, с лихвой компенсировали её, заполучив не только большое количество оружия, но все 126 российских кораблей, некоторые из которых ещё очень долго находились в составе французского флота.
Теперь Франция требовала скорейшей ликвидации армии Врангеля. Врангель планировал переправить армию на территорию дружественных стран: Югославии и Болгарии, но для этого нужно было время, а союзники стремились как можно быстрее положить конец её существованию. Франция в ультимативной форме заявляла, что не признаёт больше существования Русской Армии и не считает генерала Врангеля её Главнокомандующим, что едва не вызвало восстания доведённых до предела галлиполийцев. Французы агитировали изгнанников вернуться на Родину, обещая амнистию, под гарантии французского правительства. Казаки с острова Лемнос поверили этим обещаниям. 5819 человек на двух кораблях отплыли в Россию. Их друзья поднялись на борт, чтобы проститься с ними, покинуть суда французы им уже не позволили… Вскоре один из кораблей вернётся в Константинополь, и в трюме обнаружится страшная нацарапанная надпись: «Друзья! Из 3500 казаков, прибывших в Одессу, 500 были расстреляны на месте, остальных отправили в лагеря и на каторгу. Казак Мороз из станицы Гнутовск, я не знаю, что меня ждёт».
В Крыму в то время шли зверские расправы, в ходе коих было уничтожено 120 тысяч русских людей, среди которых старики, женщины, дети… Кости расстрелянных в те жуткие дни и сегодня вымывают из земли весенние дожди…
Французские депутаты были возмущены поступком своего правительства. Справедливости ради, надо заметить, что многие государственные и военные деятели оказывали поддержку Врангелю. Французские корабли, проплывая мимо его яхты, отдавали положенные в таких случаях морские почести. Своё восхищение выразил Петру Николаевичу командующий английскими оккупационными войсками генерал Харрингтон, ставший его другом. Поддерживал Белого Главнокомандующего и верховный комиссар США адмирал Бристоль.
15-го октября 1921-го года итальянский фрегат «Адрия» протаранил яхту «Лукулл» ровно посередине, где была каюта Врангеля. Однако, покушение не удалось, и Пётр Николаевич вновь чудом избежал гибели: буквально за минуту до трагедии барон с женой сошли на берег.
Французы не дали Врангелю никакого транспорта, лишив его возможности посещать войска, и генерал оказался в российском посольстве практически в положении арестанта. Между тем, Советы гарантировали амнистию белым в случае возвращения, если приказ об оном отдаст сам Врангель. Французы потребовали отдать такой приказ и пригрозили русскому Главнокомандующему арестом. Когда на другой день, французский представитель, придя за ответом, беседовал с послом, вошёл Врангель и невозмутимо обратился к последнему:
- Извините за беспокойство, г-н посол, но я должен показать конвою, где установить пулемёты, - ходят слухи, что определённые зарубежные круги вынашивают заговор против главнокомандующего.
С этими словами барон вышел. Разумеется, ни оружия, ни конвоя у него не было, но одного эффекта оказалось достаточно, чтобы французы отказались от своих замыслов.
Среди русских войск уже вынашивался план захвата Константинополя, но, по счастью, в это время завершились переговоры генерала Шатилова с руководством Болгарии и Югославии. Эти страны согласились принять у себя Русскую Армию.
Оказавшись в изгнании, супруга генерала Врангеля, Ольга Михайловна, посвятила себя заботе о беженцах. Сергей Палеолог вспоминал, что в Константинополе, среди беженцев только и слышно было: «Вы не видели Ольгу Михайловну?..», «Ольга Михайловна поможет… напишет… скажет… сделает…». «Никто не мог с таким искренним участием поговорить с простым казаком, солдатом, офицером, ставшим инвалидом, с безутешными матерями и вдовами, как это делала она», - писал Палеолог. Ольга Михайловна помогала всем, и делала это всегда доброжелательно, без суеты.
Её стараниями были организованы два туберкулёзных санатория в Болгарии и Югославии. Добывать средства на них Ольга Михайловна ездила в Америку. Деньги на это путешествие баронессе, которой едва хватало на поездку в Бельгию с детьми 3-м классом, дал Феликс Юсупов. Новый свет она исколесила вдоль и поперёк, выступая с речами на благотворительных приёмах, и американские граждане откликались на её призывы и жертвовали значительные суммы.
С целью сплочения армии Врангель организовал Воинский Союз, имевший отделения во многих странах. Члены Союза платили небольшие взносы, которые шли на организационные расходы и в страховой фонд на случай потери работы и болезни. Все усилия Петра Николаевича были направлены на сохранение армии, поддержание духа её. «Русская Армия – это не только последняя горсть защитников Родины, - говорил он, - это не Корниловцы, Марковцы, не гвардейцы – последний батальон Императорской Гвардии; это не Донские, Кубанские, Тёрские казаки. Русская Армия – это всё русское воинство, оставшееся верным знамени, Русская Армия – это всё, что не Совдепия – это Россия…
И пока не умерла Армия – она, эта Россия, жива».
В среде русской эмиграции генерала Врангеля приняли в штыки. Для либералов из бывшего Временного правительства и им подобных он был кем-то вроде Бонапарта, а вся Белая армия – реакционной силой. Страницы их газет заполняла брань, в конечном итоге, бившая по русским солдатам и офицерам, находившимся на Галлиполи и Лемносе. Не отставали и правые. Для них и сам Врангель, и его сподвижники были выскочками, нахватавшими генеральских чинов не на настоящей войне, а в ходе усобицы. Не устраивал и постулат «армия вне политики». Великий князь Кирилл, провозгласивший себя Императором в изгнании, и его приближённые требовали лояльности к себе от армии. Врангель ответил Великом князю отказом, считая поддержку этого фарса своим авторитетом дурной услугой, как монархистам, так и всей армии, в которой были люди разных взглядов. Этого Кирилл Владимирович и его окружения не забудут и не простят. Впрочем, брань, лившаяся на Главнокомандующего со всех сторон, ничуть не колебала его авторитета в армии.
Уже после смерти Врангеля генерал фон Лампе писал: «Русская эмиграция никогда не была «счастливой», да и сам факт пребывания в изгнании исключает всякий вопрос о счастье. Но у белой русской эмиграции при жизни генерала Врангеля был её ДРУГ, её ГЕРОЙ. В генерале Врангеле сама БЕЛАЯ ИДЕЯ нашла своё воплощение, он как бы олицетворял её».
Тем не менее, в 1924-м году Врангель, оставаясь Главнокомандующим Русской Армией и Председателем РОВС, передал права Верховного Главнокомандующего Русской Армией в зарубежье дяде убитого Государя, Великому Князю Николаю, имевшему большой авторитет в среде монархистов. Решение это было продиктовано тем, что Николай Николаевич имел обширные связи среди членов французского правительства и высшего генералитета, что должно было способствовать улучшению положения изгнанников, большинство из которых тяготели именно к Франции.
Сам Врангель с семьёй поселился в Бельгии, где его тёща на деньги, вырученные от продажи австрийской виллы, приобретённой ещё её мужем, купила небольшой дом. Николай Николаевич, взявший под контроль средства, на которые существовал РОВС, предложил Врангелю выплачивать из них ему пенсию, но тот отказался, не желая получать содержание из взносов членов Союза, при организации которого было решено, что никто из старших командиров не будет получать жалования за его счёт.
Окружение Николая Николаевича относилась к Врангелю враждебно. Они видели в нём соперника в борьбе за власть, опасались, что в будущей России, пользующийся огромным доверием и поддержкой генерал займёт слишком значимое место, а потому старались прекратить финансирование войска, политически изолировать барона, затруднить его связи с воинскими организациями.
Из-за стеснённости в средствах Врангель не мог уже так часто посещать разбросанные по разным краям соединения своей армии. И всё-таки те редкие встречи, которые удавалось организовать, оставались неизгладимыми в памяти их участников. Кадет Воробьёв вспоминал: «…он стоял перед нами в своей характерной позе, положив руку на рукоять казацкого кинжала. Своим громким, отчётливым голосом, которым он привык обращаться к войскам, он призывал нас к вере и терпению. Сотни юных глаз были прикованы к нему, заворожено следя за выражением его лица и жестами. Сомневаюсь, что стены старой австрийской крепости, где находилось наше училище, когда-либо сотрясало столь громкое «ура!». Кадеты подхватили Врангеля на руки и торжественно понесли его».
В это время начинается знаменитая операция ОГПУ «Трест». Генерал Кутепов, бывший блестящим военачальником, занялся не свойственным себе делом: разведкой. Он добился права вести партизанскую борьбу на территории Советского Союза, организовывать различные диверсии. Врангель был категорически против этого, считая, что террористические акции ни к чему не приведут, а лишь унесут понапрасну жизни их исполнителей. Пётр Николаевич, вообще, выступал против террора и навязывания какого-либо строя силой. «Всё прошлое России говорит за то, что она рано или поздно вернётся к монархическому строю, но не дай Бог, если этот строй будет навязан силой штыков или белым террором… Кропотливая работа проникновения в психологию масс с чистыми, национальными лозунгами может быть выполнена при сознательном отрешении от узкопартийных, а тем более классовых доктрин и наличии искренности в намерениях построить государство так, чтобы построение удовлетворяло народным чаяниям», - считал Врангель.
Генерал Кутепов рассуждал иначе. Он легко попал на удочку агента ОГПУ Якушева, тонко игравшем на его самолюбии, и в течении нескольких лет был фактически марионеткой в руках этой организации. Примечательно, что Врангель ещё в 1923-м году заподозрил в генерале Скоблине, который позже вместе со свой супругой певицей Надеждой Плевицкой организует похищение и убийство Кутепова, агента большевиков и отстранил его от командования корниловцами. Сам же Кутепов, бывший посажённым отцом на свадьбе Скоблина, будет благоволить к нему до конца, несмотря на предупреждения Петра Николаевича, и после смерти последнего восстановит предателя во главе Корниловского полка.
Врангель с горечью видел, что армию всё больше втягивают в политику, а политики погрязли в междоусобных дрязгах, разъедающих эмиграцию, разрушающих Белое дело. В 1924-м году он говорил: «Если Белому делу суждено кончиться, то пусть конец этот будет так же почётен, как весь «белый» крестный путь…»
Вокруг Врангеля в последние годы его жизни образовался круг самых доверенных его людей: генерал Шатилов, А.И. Гучков, генерал-майор фон Лампе, философ Иван Ильин. Эта глубоко законспирированная организация налаживала связи в политических, экономических и военных кругах разных стран, предпринимала меры для создания в Советской России организации, не имевшей связей с прежними и существующими разведывательными учреждениями белой эмиграции.
Деятельность этой структуры прервёт внезапная кончина генерала Врангеля, которую большинство расценили, как убийство. Предположительно, гостивший в доме Петра Николаевича брат его денщика, о котором тот прежде даже не упоминал, прибывший из Советской России, подсыпал яд в еду генералу. Судя по всему, это был туберкулин, вызвавший у абсолютно здорового 49-летнего барона скоротечную чахотку, которая свела его в могилу в считанные недели. Мать Петра Николаевича писала: «Тридцать восемь суток сплошного мученичества!.. Его силы пожирала 40-градустная температура… Он метался, отдавал приказания, порывался встать. Призывал секретаря, делал распоряжения до мельчайших подробностей».
Уже больной, Врангель продолжал работать. Незадолго до смерти, уже приняв причастие и исповедавшись, он обсуждал с генералом Шатиловым вопросы, касающиеся армии и её содержания. Редактируя свои «Записки», которые готовил к изданию фон Лампе, Пётр Николаевич исключил из неё 1/8 часть текста, распорядившись уничтожить её, где говорилось о Государе и Деникине, оставив, таким образом, лишь факты, не дав волю эмоциям, не пожелав сводить счёты, поднявшись выше этого и показав пример чести, благородства и смирения.
Последними словами генерала были: «Я слышу колокольный звон, Боже, храни армию!»
Смерть Врангеля стала трагедией для большого числа русских людей, для армии. Один офицер написал в предсмертной записке: «Для меня его смерть означает конец всего, надежды вернуться в Россию больше нет», - и застрелился…
Деньги на похороны Главнокомандующего посылали отовсюду – офицеры, солдаты, казаки – Белое воинство.
Похоронили П.Н. Врангеля, согласно его завещанию, в русской церкви в Белграде. Его провожало огромное количество людей, присутствовало 363 делегации, было возложено более 200 венков, воздух дрожал от артиллерийского салюта. Митрополит Антоний (Храповицкий) сказал об этой церемонии: «Похоронами, которые пышностью превзошли даже погребение царственных особ, Господь увенчал его славный путь, воздав ему то, чего лишён он был в земной жизни. Его уделом были не триумфы, а тяжкий труд и разочарования, зато его похороны из проводов в последний путь превратились в победный марш».


Список использованной лит-ры:
Врангель П.Н. Записки. Ноябрь 1916г. – ноябрь 1920г. / Минск: Харвест, 2002
Врангель Н.Е. Воспоминания: От крепостного права до большевиков. / Бароны Врангели. Воспоминания / под редакцией В. А. Благово, С. А. Сапожникова. - М.: ЗАО Центрполиграф, 2004 г. - (Россия забытая и неизвестная).
Врангель М.Д. Моя жизнь в коммунистическом раю. / Бароны Врангели. Воспоминания / под редакцией В. А. Благово, С. А. Сапожникова. - М.: ЗАО Центрполиграф, 2004 г. - (Россия забытая и неизвестная).
Врангель А.П. Генерал Врангель: Доверие воспоминаний. / Бароны Врангели. Воспоминания / под редакцией В. А. Благово, С. А. Сапожникова. - М.: ЗАО Центрполиграф, 2004 г. - (Россия забытая и неизвестная).
Деникин А.И. Очерки русской смуты. Минск: Харвест, 2002
Черкасов-Георгиевский В.Г. Генерал П.Н. Врангель. Последний рыцарь Российской Империи. / од редакцией В. А. Благово, С. А. Сапожникова. - М.: ЗАО Центрполиграф, 2004 г. - (Россия забытая и неизвестная).
Валентинов А.А. Крымская эпопея. / Деникин. Юденич. Врангель. Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев /
Отечество, 1991 г.
Оболенский В. Крым при Врангеле. / Деникин. Юденич. Врангель. Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев /
Отечество, 1991 г.
Раковский Г. Конец белых. / Деникин. Юденич. Врангель. Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев /
Отечество, 1991 г.
Мельгунов С.П. Красный террор в России. / "Постскриптум", 1990 г
Шульгин В.В. Дни. 1920. / Современник, 1989
Щербатов А.П., Криворучкина-Щербатова Л. Право на прошлое. / Издательство Сретенского монастыря, 2005 г. - (История в лицах)